До войны в Приднестровье

Приведу такой факт.

До войны в Приднестровье был у меня (и ныне есть) один из верных друзей — Иван Гаврилович Сидоряну, молдаванин по национальности. Сидим однажды у него на квартире, беззаботно передвигаем фигуры, играя в шахматы. Чего уже там таиться: попиваем душистое сухое вино собственного изготовления Ивана Гавриловича…

Вдруг слышим по радио: росчерком пера в Беловежской Пуще тремя «мушкетерами» (так мы называли Ельцина, Кравчука и Шугакевича) развалили великую державу… Словно по команде, мы враз встали. Долго в безмолвии глядели друг на друга.

Спустя какое-то время я подошел к окну. Там с непостижимой быстротой сгущались сумерки. Стало совсем темно. Было слышно, как по оконной раме, гонимый ветром, нудно хлестал дождь. А мне казалось: темно стало не там, за окном, а в моей душе, и не оконная рама поскрипывала, а что-то заломило во мне самом.

Я повернулся.

Иван стоял на прежнем месте, вопросительно глядя на меня. Мы оба понимали, что с этой минуты начнется тяжелейшее испытание на прочность не только нашей дружбы, но и что-то, может быть, особо значительное…

Прошли годы. Мы с Иваном Гавриловичем достойно выдержали испытание — дружба наша продолжается.